История «болезни» (статья на сайте «Горький»)

В один из июньских дней 1978 года (мне было тогда девять лет) я стоял рядом с небольшой асфальтовой площадкой во дворе дома, в котором жила моя бабушка, это было в Тушино. На площадке небольшая группа моих сверстников играла в футбол — вернее, в его жалкое детское подобие: пытались забить или закатить пластиковый мячик между железных столбов, к которым были привязаны веревки для сушки белья. Футбол во всех его проявлениях меня совершенно не интересовал. Но что-то заставило меня остановиться и присмотреться к этой нелепой футболообразной возне. В какой-то момент мне вдруг резко, в один миг, захотелось присоединиться к этому процессу. Никто из участников не возражал, я пополнил ряды одной из двух команд и тоже, вместе со всеми, стал беспорядочно пинать пластиковый сфероид с целью загнания его в «ворота». Получалось, конечно, плохо. Забегая вперед, скажу, что в дальнейшем мои футбольные навыки пережили ощутимый прогресс, что позволяло играть на вполне приличном дворово-школьном уровне.

С этого июньского дня (жаль, не помню дату) 1978 года начался мой интерес к футболу, который сохраняется и поныне. То есть моему интересу как раз в эти дни исполняется 40 лет. Вместе с проходящим сейчас в России чемпионатом мира эта дата — хороший повод повспоминать сорокалетнюю историю моего футбольного боления (сам я уже много лет не играю, и болеть всегда было интереснее, чем играть самому).

Читать далее «История «болезни» (статья на сайте «Горький»)»

Человек в плену у презрения к жизни

Прозаик и поэт Дмитрий Данилов написал три пьесы: «Человек из Подольска», «Сережа очень тупой» и «Свидетельские показания». Эти пьесы ставят, о них спорят, их награждают — в этом году Данилов получил «Золотую Маску». Специально для «Горького» критик Валерия Пустовая разбирает пьесы и предлагает свою версию того, что именно Данилов имеет в виду.

Краденый свет

Отзывы на дебютную пьесу прозаика и поэта Дмитрия Данилова меня, как и многих, сразу зацепили железным крюком злободневности. А после обсуждения его второй пьесы на фестивале Любимовка у меня сложилось впечатление, что автора этим крюком потащили — вписав в привычную и понятную картину мира.

Как высказался один из бывалых зрителей спектакля, поставленного по первой пьесе Данилова в Театре.doc и ставшего хитом сезона, «автору этих строк неоднократно приходилось находиться в участках милиции-полиции и в качестве задержанного, и в качестве понятого, и в качестве заявителя. Подтверждаю…»

Полицейские задерживают невиновного («Человек из Подольска»), курьеры засиживаются в квартире клиента («Сережа очень тупой») — в двух первых пьесах Данилова, напечатанных в журнале «Новый мир» и уже поставленных в театрах разных городов России, герой пойман в ловушку и, судя по беспомощным репликам в свою защиту, особенно страдает потому, что пленен не по правилам. Полиция лезет в душу, курьеры отказываются передать посылку, не поговорив, — до героя всем уж слишком есть дело, должностные обязанности трактуются так же вольно, как переступаются границы в беседе, и в сознании жертвы —и читающей между строк публики — складывается образ врага на мягких лапах, мурчащего про то, что «человеку надо помочь».

Читать далее «Человек в плену у презрения к жизни»

«Известия» о «Серёже очень тупом»

Мастерская Петра Фоменко, режиссер Алексей Кузмин-Тарасов

Вслед за полным реализма «Проклятым Севером» молодое поколение «фоменок» сделало шаг в сторону абсурда, представив на своей Малой сцене спектакль по пьесе Дмитрия Данилова. Поначалу тут всё как в жизни. Сцена словно комната малогабаритной квартиры. Задник — окна, через которые видны стены панельных многоэтажек. Из мебели лишь диван да кресло, в котором и сидит герой. Чтобы окончательно заставить зрителей поверить в обыденность происходящего, светящейся строкой перед их глазами мелькают новости: в московском зоопарке родился детеныш росомахи, за окном +14 градусов тепла, сегодня закрыта на ремонт станция метро «Кутузовская» (а она и правда закрыта). И адрес сообщается, где герой живет: улица Исаковского (есть такая — в районе метро «Строгино»). В общем, ничего необычного. Сережа (Андрей Михалёв) сосредоточенно занят перемещением компьютерной мыши. А что ему еще делать, если он — программист.

Вот тут-то и звонит телефон. Курьеры, у которых для Сережи посылка, обещают быть «в течение часа» — и не обманывают ни на миг. Зайдя в квартиру и расположившись на диване, курьеры ровно час — как и договорено! — ведут с недоумевающим Сережей беседы обо всем на свете, играют с ним в города, поют хором «Вечная память» и рассказывают о внештатных ситуациях, случавшихся с ними по службе. А после вручают вконец измученному и напуганному Сереже и его жене коробку с посылкой да и исчезают, оставив вместо себя пустоту, и скуку, и серые будни, и дежурные разговоры ни о чем…

Для Андрея Михалёва этот спектакль — бенефис, которого он давно заслуживал. Андрей — артист безусловно многогранный и способный перевоплощаться не только от спектакля к спектаклю, но даже в рамках одной постановки (в «Проклятом Севере» он играет сразу несколько ролей). Однако же особое внимание тут стоит обратить на Марию Большову, за те несколько минут, что она находится на сцене, перетягивающую на себя всё внимание какой-то невероятной энергетикой. Недаром же от нее в восторге и Сережа, и курьеры, и зрители.

Полный текст статьи